роги я чувствовала себя лучше. — 28 июля 2026 г. в 06:00:49.715
роги я чувствовала себя лучше. Это было сказано так сухо, что доктор поднял на неё глаза. — Насколько лучше? Мария Григорьевна помолчала. — Настолько, чтобы решиться ехать. Он ничего не ответил. Когда осмотр закончился, доктор поклонился. — Благодарю вас. Сейчас я переговорю с Михаилом Петровичем. Вам же, прошу покорнейше, надобно полежать. — Доктор, — остановила она его. Он обернулся. — Да? — Вы не скажете мне ничего? Пауза вышла короткая, но тяжёлая. — Пока — только то, что вам необходим покой. Мария Григорьевна посмотрела на него пристально. — Это говорят всем больным. — Потому что всем больным это необходимо. Она чуть усмехнулась. — Вы осторожны. — Я врач, сударыня. Он поклонился ещё раз и вышел. В кабинете Михаил Петрович ожидал его стоя. Он не сел даже тогда, когда доктор вошёл. Только указал рукой на кресло. — Прошу вас. Ну? Доктор не торопился. — Положение серьёзное, — сказал он. — Насколько? — Очень. Михаил Петрович нахмурился, но не перебил. — Здоровье Марии Григорьевны окончательно подорвано. Я бы сказал, болезнь давняя, запущенная не по небрежности, а по обстоятельствам. Организм долго держался на силе характера. Но тело, к сожалению, не всегда слушается духа. — Объясните мне прямо. — Почки действуют слабо. Отсюда задержка жидкости, отёки, тяжесть, одышка. Сердце перегружено и ослаблено. Всё это связано одно с другим: одна часть тянет за собой другую, и вся система начинает отказывать. Михаил Петрович медленно сцепил руки за спиной. — Можно ли что-нибудь сделать? — Можно облегчить. Можно укрепить. Можно замедлить течение болезни. — Я спросил не об облегчении. Доктор посмотрел на него внимательно. — Полностью излечить — едва ли. Михаил Петрович отвернулся к окну. На улице серел петербургский день. По набережной двигались экипажи, люди спешили по своим делам, и эта обычная жизнь за стеклом показалась ему вдруг почти оскорбительной. — Какие нужны средства? — спросил он. — Лекарства. Строгий режим. Наблюдение. Покой. Некоторые препараты придётся привезти из-за границы. Они дороги, но в её положении могут дать пользу. — Закажите. — Михаил Петрович… — Я сказал: закажите. Доктор слегка наклонил голову. — Разумеется. Но должен предупредить: речь не идёт о десятилетиях. — О чём же идёт речь? Доктор помолчал. Продолжение в 13-00