етерпеливость.
етерпеливость. — Сколько мне лет, — пробормотал он однажды, вскрывая очередной конверт. — А веду себя, как мальчишка. Но ничего поделать не мог. Он уже представлял дорогу. Не позволял себе заходить слишком далеко, не думал, что будет делать после пересечения границы. Только первое мгновение: русская земля, русская речь вокруг, станция, дорога, знакомые названия. И потом — Калитино. Это слово всё чаще возникало в мыслях. Он не знал, что найдёт там, не знал, кто живёт в имении, сохранился ли дом, но само существование этого места связывало его с Машенькой и Ильёй. Ответ пришёл почти тогда, когда Евгений Васильевич начал убеждать себя, что снова будет молчание. Евгений Васильевич увидел Евареста Семеновича из окна, и почему то сразу решил, что тот идёт с известием. — Получили? — Да. — И? Поверенный не ответил сразу. Евгений понял и отвернулся. — Отказ? — Да. Он подошёл к столу и медленно сел. — Причина? — Формулировка общая. Разрешение на въезд пока не может быть дано. — Пока. Евгений усмехнулся. — Прекрасное слово. Поверенный положил перед ним бумагу. Евгений Васильевич не притронулся к ней. — Там есть что-нибудь ещё? — Нет. — Никакого срока? — Нет. — Никаких условий? — Нет. Он долго молчал. Потом спросил: — То есть я могу прожить ещё десять лет, двадцать, умереть здесь, и всё это время для них будет продолжаться «пока»? Поверенный ничего не ответил. Евгений Васильевич поднялся. — Благодарю вас. Можете идти. — Евгений Васильевич… — Всё хорошо. Фраза прозвучала почти резко. Поверенный поклонился и вышел. Когда дверь закрылась, Евгений подошёл к столу, взял бумагу и наконец прочёл её сам. Несколько строк. Столько лет жизни — и несколько строк. Он перечитал дважды, потом аккуратно сложил лист и убрал в ящик. Никакой ярости не было. Только глубокая, тяжёлая пустота. ** Через несколько дней пришло приглашение от Екатерины Николаевны Беклемишевой. Евгений сначала хотел отказаться, но потом подумал, что сидеть одному ещё хуже. В её доме, как всегда, было людно. В прихожей слышалась русская речь, из гостиной доносился смех. Екатерина Николаевна встретила его оживлённо. — Евгений Васильевич, сегодня вы мне особенно нужны. — Чем же? — У меня гости из России. Он сразу посмотрел внимательнее. — Вот как. — Старый друг. Иван Викторович Суслов. Приехал на открытие выставки в картинной галерее и, к счастью для меня, вспомнил, что в Дрездене живут знакомые. Она подвела Евгения к высокому, хорошо державшемуся мужчине лет пятидесяти. — Иван Викторович, познакомьтесь. Евгений Васильевич Сокольский. Суслов протянул руку. — Очень рад. — Взаимно. — Екатерина Николаевна вас хвалит. — Это опасно. После её похвал обычно приходится соответствовать. Суслов рассмеялся. Продолжение в 9-20 и в 14-00
Канал в каталоге Максиметера
10 602 подписчиков · Книги