...Дома её ждали. Марина стояла у двери, будто караулила. За её плечом — Дима. Кирилл с...
...Дома её ждали. Марина стояла у двери, будто караулила. За её плечом — Дима. Кирилл сидел на диване, уткнувшись в телефон, но Лера знала: прислушивается. — Где вы были? В полдевятого пришло «я скоро» — и тишина! — Марина говорила сдержанно, только кисти рук её выдавали. — На собрании была, потом чай пила. Телефон сел — вот и тишина. — Лера сняла куртку, повесила на крючок. Движения спокойные, будто решение уже принято и осталось его исполнить. — Чай?! Мы с Димой в восемь с работы вышли, а Кирилл один! — Кириллу двенадцать лет. Он не младенец. — Валерия Александровна, но вы могли бы предупредить! — Марина, у меня, между прочим, своя жизнь есть. И распоряжаюсь я ей сама. Кирилл поднял глаза. В комнате стало тихо — слышно, как тикают часы в коридоре. — Мам, — Кирилл встал, подошёл к матери, — не кричи. Бабуль, я правда уже взрослый и могу оставаться один. Это было неожиданно. И от этого стало чуть легче. — Прости, что не написала раньше. Батарея села. — Лера посмотрела на внука. — Но я больше не буду скрывать свои планы. Если мне нужно куда-то пойти — я пойду. И виноватой себя чувствовать не стану. Марина набрала воздуха, но так и не выдохнула. — Мам, ты была с мужчиной? — Дима вышел из-за её плеча, — А кто он? Ты его хорошо знаешь? — Конечно. Полгода уже знаю. — Лера сняла платок, повесила рядом с курткой. — Мы с Виктором решили жить вместе. Завтра переезжаю. Марина открыла рот и закрыла. Так и не найдя, что сказать, ушла к себе и прикрыла дверь — уже не хлопком, а почти тихо... ...Когда Кирилл был маленьким, Лера часто забирала его из сада. Он бежал навстречу, хватал ее за руку и тащил к ларьку с мороженым. «Баб, давай купим!» — кричал он. И она покупала. И они ели это мороженое на скамейке, и мир был простым и прекрасным: вот ты, вот внук, а вот мороженое. Сейчас он уже не тянет её за руку. Но ей хочется, чтобы он знал: она не исчезла. Она просто учится быть не только «бабушкой», но и собой, а еще женщиной.