Вышла из подъезда утром. Пахнет после дождя мягко — корой. Оказывается, это мульча даёт...
Вышла из подъезда утром. Пахнет после дождя мягко — корой. Оказывается, это мульча даёт приятный аромат мокрого дерева. В городе этот запах честен в своей искусственности: чистый лес без примеси прелости и трухи. Воздух словно намекает на деревья, которых в первозданном виде и нет вокруг. Так природа цитирует саму себя. Тепло и грустно одновременно. Прочла созвучное атмосферное у Дмитрия Гаричева из федора сваровского от погребённого возле дач плавунца остаётся ветер субботний береговой, ничего не улавливающий громоотвод. из отдымившей гильзы дождевика к сентябрю развиваются допотопные сны о местах, называвшихся в городе словом объект. белая кошка, ушедшая перед концом в незнаменитый на посаде орешник, обеспечивает протяжённые облака. от строителей, стащенных просто в подвал, происходят летучие мыши над детской площадкой. человек, родившийся в сорок девятом году, оставляет нераспакованную посуду, неразрезанные перестроечные тома, ненадёванные футболки с курортов египта: можно сказать, жить даже не начинал. Город у него дышит тем, чего больше нет или что не случилось. Особенно отозвалась строфа про человека 1949 года: «жить даже не начинал» при нераспакованной посуде и ненадёванных футболках. Это же портрет целого поколения, застывшего в ожидании разрешения жить, у которого жизнь ушла в какие-то другие измерения. И кошка, «обеспечивающая протяжённые облака», — такой уход в негероическую вечность. Задумалась #зарисовочки