— Но вчера были у него дома.
— Но вчера были у него дома. — Был. Но живым оставил. Жданов включил диктофон: — Расскажите подробно, что происходило. Кузнецов тяжело вздохнул: — Всё началось месяц назад, когда мы потеряли контракт с "Экономом". Я тогда очень расстроился — рассчитывал на премию. — И решили отомстить? — Нет! Совсем не так. Я просто хотел поговорить с ним по-человечески. — О чём поговорить? — Ну... попросить, чтобы он как-то компенсировал мои потери. Может, предложил работу в своём агентстве. Семёнов нахмурился: — Странная логика. Он у вас клиента увёл, а вы к нему работать идти хотели? — Я понимаю, как это звучит. Но у меня алименты, кредиты. Деньги нужны были позарез. — И как Громов на это отреагировал? — Сначала удивился. Потом сказал, что в бизнесе такое нормально, что ничего личного. — А дальше что? — Мы выпили вина, поговорили. Он даже посочувствовал моему положению. — И всё? — Не совсем. Потом он сказал... — Кузнецов замялся. — Что сказал? — Что знает, как я могу хорошо заработать. — Каким образом? — У него была информация на конкурентов. Компромат. Он предложил мне её продать другим агентствам. Жданов заинтересовался: — Какая информация? — Про налоговые махинации, подделку документов, откаты. Серьёзные вещи. — И вы согласились? — Сначала да. Деньги обещали большие. Но потом подумал и понял — это же шантаж. — И отказались? — Да. Сказал Громову, что не хочу в этом участвовать. — Как он это воспринял? — Плохо. Начал кричать, что я дурак, что упускаю шанс. Потом... — Кузнецов остановился. — Что потом? — Потом он сказал, что если я никому не расскажу про наш разговор, то возьмёт меня к себе менеджером. А если проболтаюсь — то уничтожит. — Угрожал? — Да. Сказал, что у него связи в налоговой, что может любого разорить. — И что вы сделали? — Испугался и ушёл. Понял, что с такими людьми лучше дела не иметь. — Во сколько ушли? — Около четырёх дня. Может, чуть позже. — А Громов был жив? — Конечно! Он ещё кричал мне вслед, что я об этом пожалею. Малышев переглянулся с оперативниками. История звучала правдоподобно, но нужны были доказательства. — Андрей Владимирович, а почему тогда сбежали? — Когда сегодня утром узнал, что Громова убили, понял — подозрение сразу на меня падёт. Я же вчера у него был. — Но если вы невиновны, зачем бежать?