Ирдэрик повернулся к младшему брату. Его глаза смотрели жестко, без капли жалости.
Ирдэрик повернулся к младшему брату. Его глаза смотрели жестко, без капли жалости. — Раз уж ты всё узнал, вставай, если сможешь, — процедил старший брат, бросая на одеяло Урдрика его темный походный плащ. — Гроб отца уже выносят на курган. На рассвете мы зароем его в степи, без знамен и церемоний, чтобы Криссиания не вздумала поднять голову. Идем. Твои легионы за стеной ждут своего раненого волка, а не плачущего мальчика. Урдрик, стиснув зубы так, что послышался хруст, ухватился за край кровати. Боль рвала тело, но ярость на Криссиана, скорбь по отцу и безумный, отравленный шёпот Элинор заставили его подняться. Семья шла на официальные, мрачные похороны под покровом ночи, но теперь между братьями лежала не только разделенная империя, но и женщина, чье признание едва не сорвало маски со всех участников этой трагедии. #пробапера@elenadefektolo