Это была самая необычная жиличка не только их дома, но и во всей округе. Женщина была ц...
Это была самая необычная жиличка не только их дома, но и во всей округе. Женщина была цыганкой, звали её Ясмина. Правда, сама она утверждала, что цыганского в ней осталось едва ли на четверть, даже если и так, оставшаяся часть цыганской крови говорила в ней громко и напористо, явно заглушая все остальные. Внешность у неё была, как и положено, яркой и заметной: высокая, статная. Она могла похвастаться смуглой кожей и довольно крупным носом с заметной горбинкой. Глаза были тоже очень тёмные, и полные губы в любое время суток ярко блестели тёмно-красной помадой. Одевалась она, к немалому разочарованию местной детворы, самым обычным способом, как все. И всё же, даже надев простые брюки и блузку, она оставалась необычной, вызывая желание оглянуться и посмотреть на неё ещё раз. У Ясмины была самая обычная семья и огромный белый кот, который, по поверьям местной малышни, по ночам превращался в чёрного и носился по округе, обернувшись летучей мышью. Она имела образование товароведа и работала в какой-то оптовой фирме, и всё же мозг упорно отказывался считать её обычным человеком. Марина получила диплом и работала учителем истории в школе. Жили хорошо, но трудно. Денег вечно не было. Мама работала на двух работах. Отец тоже старался постоянно что-то делать. Хлопотал, как мог, по дому, готовил еду, возился в бытовых приборах, которые ему тащили на ремонт со всей округи. Но всех их заработков, даже с учётом Марининой зарплаты, которую она упорно пихала маме, едва хватало на жизнь. Их главным семейным богатством был Нинин оптимизм. Правда, когда мамы не было рядом, думать, что у них всё хорошо, было намного труднее. А потом Марина встретила Артёма. Он словно осветил её довольно скучную жизнь, и всё сразу проще и легче стало. Вскоре Марина повела Артёма знакомиться с родителями. Она не сомневалась, что Артём понравится маме и папе. Да и обратная симпатия не заставила себя долго ждать. — Знаешь, Маришка, конечно, твои предки — это что-то совершенно особенное. Какая между ними, я даже не знаю, нежность невероятная, — поделился впечатлениями Артём, когда они спускались по лестнице. — Чёрт возьми, хотелось бы мне через тридцать лет так же смотреть на свою жену, как твой отец смотрит на Нину Дмитриевну. — Ну что ж, попробуй, у тебя будет для этого сколько угодно времени, — кивнула она в ответ. — А что касается моих родителей, да, ты прав. Они очень любят друг друга, и это просто удивительно. Если учесть, через что им пришлось пройти, даже не знаю, как им удалось всё преодолеть, как умудрились не устать друг от друга, не отчаяться, не очерстветь. Есть всё-таки у них какой-то секрет. — Этот секрет называется любовью, Мариночка, — раздался звучный, хорошо знакомый голос. Это была соседка с третьего этажа, цыганка Ясмина. Она величаво, не торопясь, поднималась навстречу и вдруг остановилась. Несмотря на почтенный возраст, держалась она по-прежнему прямо и гордо, и впечатление производила ничуть не слабее, чем в молодые годы. — Ой, Ясмина Александровна, здравствуйте. Вот, знакомьтесь, это Артём мой. В общем, — смутилась вдруг Марина. — Жених я, жених Марины, — уверенно произнёс Артём, протягивая цыганке руку. — Здравствуйте. Очень приятно познакомиться. Мне Маришка про вас много раз говорила, знаете.