— Устаю я от твоих больничных, — бросил муж. Назавтра я забрала все вещи и уехала
— Устаю я от твоих больничных, — бросил муж. Назавтра я забрала все вещи и уехала — Ты опять бледная как стена, Ира. Может, хватит на сквозняках сидеть? — муж бросил ключи на тумбочку так резко, что зазвенели фарфоровые чашки. — Обычная простуда, Игорь. На работе дует из кондиционера, — я протерла губкой столешницу, чувствуя, как в глазах темнеет от резкого движения. — Вечно у тебя то простуда, то мигрень. Устаю я от твоих вечных больничных, — Игорь стянул кроссовки и прошел на кухню, не глядя на меня. В раковине гора посуды с прошлого вечера. В прихожей его сумка из спортзала пахнет мокрым полотенцем. Я дважды нажала кнопку сброса на электрочайнике, хотя он еще не закипел, потому что пальцы дрожали от слабости. Пятьсот тысяч рублей ушли на первый курс в частной клинике, а на карте осталось ровно сорок три тысячи. Ира, Ирочка, Ирка — три имени, которые теперь значат только одно: успеть до закрытия аптеки. — Мам, мне кроссовки для секции нужны новые, те порвались на пятке, — девятилетний Слава влетел в комнату, размахивая рюкзаком. — Позже, сынок, давай в выходные, — отвечу тихо, опускаясь на табурет. — Папа сказал, что ты зарплату получила вчера! Опять всё на свои кремы и витамины спускаешь? — мальчик обиженно надул губы. — Слава, иди уроки делай, — голос прозвучал суше, чем планировалось. Мам, ты где? Мы с пацанами в пиццерии, скинь триста рублей на карту. — 18:22 Срочно! Я перевела последние деньги со сберегательного счета. Экран телефона мигнул, показывая нулевой баланс. В зеркале в прихожей отражалась женщина с желтоватым оттенком кожи и темными кругами под глазами. Никакой мистики. Обычная химия. Капельницы по вторникам и четвергам в отделении на окраине города. Никто из них не знает. Игорь считает, что я просто капризничаю и трачу деньги на ерунду, а Слава ждет новые кроссовки и пиццу. — Ты ужин разогрела? — Игорь заглянул на кухню в одном носке. — Я голодный как…