Я хотел подарить тебе занятия на день рождения. Но потом ты сказала, что устала и никуд...
Я хотел подарить тебе занятия на день рождения. Но потом ты сказала, что устала и никуда не хочешь идти. Я решил, что тебе это больше не нужно. Наверное, я всю жизнь решал за тебя, что тебе нужно, а что нет. Я думал, что если в доме есть еда, тепло и деньги, значит, жена счастлива. Мне казалось, что любовь — это когда ты не уходишь и не предаёшь. Я не понимал, что человек может оставаться рядом и всё равно чувствовать себя одиноким. Я не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь снова захотеть играть. Но если сможешь, пожалуйста, попробуй. Я не прошу прощения за всё сразу. Просто хочу, чтобы ты хотя бы один раз сделала что-то не для меня, не для сына, не для дома. Для себя. Виктор». Нина дочитала письмо. Сын стоял рядом, не зная, что сказать. — Ты знала, что папа это делал? — спросил он. — Нет. Она осторожно сложила листы. Впервые за долгие годы Нина увидела в муже не только человека, который привык всё решать за других, но и человека, который, возможно, начал понимать собственные ошибки. Но от этого ей не стало легче. — Почему он не отдал мне это письмо? — тихо спросила она. Сын не ответил. И Нина вдруг поняла: даже теперь, после смерти мужа, она не обязана угадывать его мотивы и додумывать за него слова, которые он так и не произнёс. Ей предстояло решить, что делать со своей жизнью, уже не ожидая от Виктора ни разрешения, ни объяснений. 4. Впервые она купила что-то только для себя На следующий день Нина достала из шкафа старую тетрадь с нотами. Она не играла почти сорок лет. Пальцы стали менее гибкими, многие мелодии забылись, а пианино в доме давно не было. Сначала она просто слушала записи старых произведений. Потом нашла в интернете объявление о занятиях для взрослых в музыкальной школе неподалёку. Она несколько раз набирала номер и сбрасывала вызов. «В моём возрасте?» «Что люди подумают?» «Я же ничего не помню». В конце концов она позвонила. — Здравствуйте. Я хотела бы узнать насчёт занятий для начинающих взрослых. На другом конце ответила женщина с добрым голосом: — Конечно. У нас есть ученики и старше вас. Вы когда-нибудь играли раньше? — Когда-то давно. — Тогда тем более приходите. Вспомним, чему вас учили. После разговора Нина долго сидела с телефоном в руках. Ей казалось, будто она совершила что-то неприличное. Как будто в шестьдесят три года ей уже полагалось только заниматься здоровьем, готовить обеды и навещать внуков. Но в субботу она всё-таки пошла на первое занятие. Преподавательница, Марина Игоревна, показала ей пианино и попросила сыграть несколько нот. Нина положила руки на клавиши. Первые звуки вышли неровными. Она сбилась, остановилась и покраснела. — Извините. Я совсем разучилась. — Не извиняйтесь, — ответила преподавательница. — Вы не на экзамене. Вы пришли учиться. И почему-то именно эти слова заставили Нину заплакать. Не громко. Просто слёзы вдруг потекли по щекам. Марина Игоревна не стала задавать вопросов. Подвинула ей салфетку и подождала. А потом Нина снова положила пальцы на клавиши. На этот раз она сыграла чуть увереннее. Когда она вышла из музыкальной школы, на улице шёл мелкий дождь. Нина раскрыла зонт и неожиданно поймала себя на мысли, что давно не чувствовала такой лёгкости. Ей было не нужно никуда спешить. Никто не ждал ужина. И никто не мог сказать, что ей это не нужно. 5. Сын не понял её решения Через месяц сын приехал в гости. Нина рассказала ему о занятиях. Он удивился. — Мам, ты серьёзно? Музыка? Сейчас? — А почему нет? — Ну просто… Тебе же непросто одной. Может, лучше в санаторий съездить или на дачу. Там и воздух, и отдых. Нина улыбнулась. — Я и так отдыхаю. А музыка мне нравится. Сын нахмурился. — Ты только не обижайся, но я боюсь, что ты слишком увлеклась. Ты ведь никогда такой не была. Эти слова задели её сильнее, чем она ожидала. Никогда такой не была. Конечно, не была. Ей всю жизнь объясняли, какой она должна быть. Спокойной. Удобной. Понимающей. Готовой помочь. И все привыкли именно к этой Нине. — Сынок, — сказала она, — я сама только сейчас узнаю, какая я. Он замолчал.