Сначала, я думала, что нашла метод, которые работает со страхом не добежать до туалета.
Сначала, я думала, что нашла метод, которые работает со страхом не добежать до туалета. Почти любая тревога образуется по следующей схеме: Вы чего-то испугались. Испугались в метро, что вам станет плохо. Испугались в очереди в аэропорту, а сейчас нет возможности выйти в туалет, и все случится прямо тут. Испугались в автобусе, который остановился в пробке, а позыв стал настолько резким, что невозможно стало терпеть. Наш мозг знает, как бояться, но не знает чего бояться. Этому мы учимся в процессе жизни, когда попадаем в опасные ситуации. Но некоторые опасные ситуации только прикидываются ими. По факту ничего не произошло – вы нашли туалет, вы терпели и сдерживались. Но при этом было жутко страшно И мозг записал это на подкорку: надо избегать. Не хочу чтобы это повторилось. И началась тревога. Сначала я думала, что надо просто убрать из головы эти неприятные воспоминания, сделать их нейтральными, или добавить туда другой опыт, когда в этих же обстоятельствах все было хорошо и вам было безопасно. Это работало но не всегда. Ко мне приходили клиенты, с которыми мы прорабатывали прошлое, но от этого ничего не менялось. Воспоминания о позоре или несостоявшемся позоре действительно блекли, но тревога продолжалась. Тогда я стала работать с тем, что человек с СРК делает сейчас, и что подпитывает его тревогу. Когда клиент прислушивался к животу и интерпретировал любое движение там, как «сейчас все начнется», мы делали так, чтобы он переставал прислушиваться – и тревога исчезала. Когда клиент по десять раз проверял себя в туалете, мы делали так, чтобы эта привычка прекращалась – и тревога исчезала. Когда он боялся определенных мест – магазинов, метро, автобусов – мы расширяли зону его безопасности сначала в голове, а потом в реальности. Человек оказывался в этих местах, получал новый опыт «ничего не происходит» – и тревога исчезала. Но с некоторыми и это не работало на 100 процентов. Как-то раз у меня была клиентка, с которой как бы мы не ковырялись с ее страхами и тревогой, ничего не происходило. И как только я дала ей задание, простое задание на дом на пересмотр своих убеждений о кишечнике – симптомы как рукой сняло. Я даже удивилась, насколько резко это произошло. Я поняла, что у людей с СРК есть некие убеждения, по поводу того, как работает их кишечник. Эти убеждения рождают страх. А если растет страх – появляются и позывы, которых они боятся. Если у меня с утра была диарея – я в опасности. Если до места ехать 20 минут, а не 5 – я в опасности, живот может закрутить в любой момент. Если у меня закрутило живот и позыв резкий – значит я в опасности и надо срочно искать туалет. И страх только растет. А если растет страх – появляются и позывы, которых вы боитесь. Я добавила в свой протокол работу с убеждениями, и клиенты стали избавляться от страхов и симптомов еще быстрее. Не какого-то одного строгого протокола в работе с СРК. Клиенты не меняются от каких-то определенных методов или заданий. Когда я смотрю на человека в первый раз, я не знаю, что точно на нем сработает. Мы начинаем работу и тогда я корректирую свою стратегию в зависимости от того, что с ним происходит. Разным подходам меня научили все клиенты, которые приходили ко мне за помощью все эти 4 года. Чтобы навсегда избавиться от паники из-за ощущений в кишечнике и навязчивых мыслей о туалете, пишите здесь В октябре осталось 3 окна на предварительную консультацию.