Надежда команды
Надежда команды В 1939 году зима пришла в посёлок рано, ещё до первых дней декабря, и легла на тайгу тяжёлым, плотным одеялом. Снег валил ночами, не переставая, засыпал крыши, плетни, укатывал дороги так, что утром от избы к избе протаптывали узкие траншеи в человеческий рост. А потом ударил мороз, ядрёный, сухой, какой бывает только в сибирской глубинке, — и всё вокруг зазвенело, застыло, задышало паром от каждой трубы. В такой мороз хорошо сидеть у печки, слушать, как трещат берёзовые поленья, да пить чай с сушёной малиной. Только не для школьной лыжной секции. Для них, наоборот, такая погода — самая что ни на есть рабочая: снег плотный, лыжня держит, скольжение отменное. Потому и собрались ребята после уроков на заднем дворе школы, у старого сарая, где хранился нехитрый спортивный инвентарь. Народу было человек пятнадцать — разновозрастные, с пятого по седьмой класс. Кто на лыжах стоял крепко, кто только учился, но всех объединяло одно: до районных соревнований оставалось десять дней, и команда жила ожиданием. Точнее, не вся команда — жила ожиданием Людмила Сорокина, всеобщая любимица и бессменный лидер. Люда и впрямь была из тех, на кого засмотришься невольно. Высокая, статная не по годам, с тяжёлой пшеничной косой, переброшенной на грудь, с румянцем во всю щеку, с каким-то врождённым умением держаться так, будто весь школьный двор — её собственная светлица. Она не задавалась, нет. Просто всё у неё получалось само собой: и на лыжах летела, будто родилась на них, и коньки ей были как валенки привычные, и даже обычная шапка-ушанка сидела на ней так, словно из модного журнала. Ребята за ней тянулись, девчонки завидовали молча, а тренер Сергей Никодимыч, хоть и не показывал виду, больше всех надеялся именно на неё...