Секреты уголовной защиты. Негодные обвинения в заказном деле
Секреты уголовной защиты. Негодные обвинения в заказном деле В каждом заказном уголовном деле обвинение обязательно содержит примерно такой вывод: «Обвиняемый обеспечил принятие высшим органом управления (совет директоров, попечительский совет, правление) нужного ему решения. А члены этого органа, неосведомленные о преступном характере действий фигуранта (зачастую руководителя среднего звена), были обмануты и, будучи пеньками, подписали все с закрытыми глазами». Примечательно, что часто членами высшего органа управления бывают высокие госслужащие, если коммерческая организация учреждена казной. Те также заявляют, что «злоумышленник» обеспечил подписание нужного судьбоносного решения, а они были им введены в заблуждение. Такие обвинения не могут повлечь обвинительного приговора, если в специальной судебной процедуре коллегиальные решения не признаны недействительными. Пока не доказано иное, согласно гражданскому законодательству, решение органа управления освобождает директора от ответственности, если он исполняет такое решение органа управления. Иначе для чего придумана вся эта процедура? И наоборот, исполнительный орган, то есть директор, может быть наказан, если он не исполнит решение органа управления. Причем кто поставил вопрос на повестку собрания — не важно. Мне можно возразить тем, что в суде произвол. Поэтому все бесполезно. Но дело в том, что адвокатура сама приняла правила игры, установленные обвинением. По ним и играет. Как с точки зрения права обосновать негодность обвинения? Примерно так: решение о признании недействительным решения собрания может принять только суд в арбитражном процессе или в гражданском. Есть специальные нормы в процессуальных законах. Обвинение и суд по уголовному делу такими полномочиями не обладают. В силу конституционного принципа распределения видов судебной юрисдикции. У уголовного суда одна компетенция, у гражданского — другая. У арбитражного — третья. Подменять их нельзя. Но недавно мне один адвокат доказывал, что такой вывод следствия чуть ли не гениальный, против него нет приема. Фигурант обманул всех: ревизионный орган, орган управления, попечительский совет. Прошел все кабинеты, все подписал и был таков. Все дали показания, что они пеньки. Что тут якобы поделаешь? Их десять, а мой подзащитный один. Десять против одного. Бился за очные ставки, на очных ставках пытались доказать, что был оговор, пытались уличить во лжи. Да все без толку. Целый том очных ставок собрали, но никто не признался, что оговорил коллегу. Ну да, с такими защитниками обвинители не нужны. И что грустно, ведь не скажешь, что защитник — бездельник. Бился, лоб расшиб, но только собрал ворох бумаг, которые в приговор положат в качестве доказательств вины. Поэтому любая нормальная защита должна начинаться с определения правильного пути. Ровно то же происходит с текстами апелляционных, кассационных жалоб. Есть один-два неопровержимых, фундаментальных довода, которые даже не приведены, не оценены и не опровергнуты судом в решении. Потому как опровергать нечем. Он неопровержим. Но защитники опять же наполняют жалобы второстепенными доводами. И все бесполезно. Сделаешь им шедевр, но они умудряются добавить туда свое — и получается ничтожество. Этот феномен заслуживает отдельного внимания, обсудим в ближайшее время.