Услышав, как свекровь называет её стервой, невестка застыла у калитки. Но вскоре она ус...
Услышав, как свекровь называет её стервой, невестка застыла у калитки. Но вскоре она услышала такое, что слёзы хлынули сами собой (часть 3) Евгения понимала, что её диплом не идёт ни в какое сравнение с многолетним опытом Марии Петровны. Поэтому она не переставала учиться у старых мастеров. Их опыт и её собственное желание заниматься любимым делом дали закономерный результат. Через несколько лет Евгению Громову уже считали одним из самых талантливых и перспективных молодых специалистов в отрасли. — Чутьё у неё просто сверхъестественное, — хвастался директор комбината. — Словно заранее чувствует, где у нас проблема назревает. А какие два новых сорта мороженого внедрила! И ведь сама рецептуру разработала. Такими темпами я скоро и лабораторию под её начало отдам, не только главный цех. В общем, за свою карьеру Евгения могла не беспокоиться — как и любой, кто по-настоящему любит своё дело. Её главным делом в жизни стало мороженое. И даже со своим будущим мужем она познакомилась благодаря мороженому. Правда, тогда она, разумеется, не знала, что высокий парень с тёмными растрёпанными волосами станет главным мужчиной в её жизни. Да и сама она тогда, студентка четвёртого курса, не мыслила такими категориями. Это был самый обычный день, ну, может, не совсем обычный. Город шумел и веселился по случаю масштабно организованного Дня города. Евгения очень волновалась, потому что ей предстояло участвовать в презентации нового сорта мороженого. Впрочем, «участвовать» было, пожалуй, громко сказано. Она просто стояла за ярким передвижным прилавком в футболке с логотипом комбината, то и дело поправляла сползающую на глаза бейсболку и, стараясь, чтобы улыбка выглядела призывной, а не судорожной, предлагала прохожим попробовать пломбир. — Вот, малыш, возьми, это очень вкусно! — она протянула бумажный стаканчик с шариком мороженого мальчику лет шести. — Не надо! — вдруг рявкнула довольно полная дама с ярко-рыжей причёской, отчего мальчишка вздрогнул и выронил стаканчик на землю. — Не надо нам этой вашей гадости. — Почему гадости? — обиженно возразила Евгения. — У нас очень качественная продукция, всё натуральное. — Что вы! Знаем мы всё, — решительно оборвала её тётка, дёргая мальчугана за руку. — Понапихают туда всякой дряни, красителей, ароматизаторов, жиров. Короче, съешь и не узнаешь, чем отравишься. Женщина с торжествующим видом, исполненная непоколебимой уверенности в своей правоте, обвела взглядом довольно многочисленных прохожих. И, судя по тому, как вокруг закивали, нашла у многих поддержку. — Да что вы, зачем вы так? Вы же неправы! — Евгения почувствовала, как её захлёстывает обида. — Наше мороженое натуральное и самое свежее. И вообще... Руки у неё задрожали, и она была уже готова разреветься вместе с малышом, который горько оплакивал упавшее на землю угощение, при этом поглядывая на грозную родительницу — не отвернётся ли та. К тому же стаканчик упал на редкость удачно, и содержимое почти не пострадало. — Как же, натуральная! — усмехнулась тётка. — Сказки она тут рассказывает. Вот и ешь сама свою гадость.