- как восстанавливается между занятиями;
- как восстанавливается между занятиями; - как меняется переносимость привычной нагрузки (что сегодня ощущается как ИВН 10 и что соответствовало ИВН 10 раньше); - что происходит со сном, работоспособностью, поведением на работе… В его поле зрения появились другие признаки, которые иногда говорят о состоянии гораздо больше, чем привычное убеждение «проснулся, встал, значит всё нормально». Тут главное не перегнуть палку. Сейчас так много гаджетов, шкал и способов отслеживать пульс покоя, вариабельность сердечного ритма, реакцию ЧСС на нагрузку, динамику работоспособности, качество сна, тренировочный объём предыдущих недель, эпизоды отказа в силовых… Но их оценка всё-таки имеет смысл не в зелёном или красном цвете шкалы, а в динамике и сравнении с субъективными ощущениями. Одна необычная цифра ВСР не означает, что тренировку надо отменять, как и прекрасное настроение не выдаёт автоматического разрешения поднять ИВН с семи до десяти. Тренеру приходится собирать пазл из разрозненных кусочков, проверять, сочетаются ли они между собой, но не только для того, чтобы понять, может ли клиент сегодня реализовать мой план, а ещё и для того, чтобы за эту реализацию нам не пришлось расплачиваться здоровьем или откладыванием цели. У тренировочной нагрузки, как и у лекарства, есть разные побочные эффекты. Есть необходимая и достаточная дозировка. Но это всё пустые, хоть и умные слова, если упорному клиенту всё равно хочется тяжело тренироваться. Для моего подопечного тяжёлая работа в зале оказалась одной из немногих составляющих жизни, где всё понятно: вот вес, вот повторения, вот усилие, вот приятное ощущение, что ты реально много сделал, что можешь хотя бы здесь контролировать происходящее и быстро добиваться поставленных целей. «Если ты каждый раз будешь забирать у меня ещё и это, я не знаю тогда, зачем мне такие тренировки с тобой». Задача в стиле «и овцы целы, и волки сыты». Как уменьшить нагрузку в классическом смысле этого слова, но сохранить клиенту субъективное ощущение полноценной тренировки? Если я сейчас не хочу увеличивать тоннаж, общий объём, скорость или время под нагрузкой, у меня всё равно есть немало способов менять саму двигательную задачу. Можно добавить координационную сложность, изменить условия выполнения привычного движения, поработать с точностью, вариативностью, вниманием, скоростью принятия решения, сенсорной информацией, последовательностью упражнений. Мне бы не хотелось, чтобы дорогой коллега сейчас воспринимал эту идею как способ хитростью заставить человека устать при меньшем весе или как попытку заменить классическую нагрузку цирковым номером на одной ноге с закрытыми глазами. Новизна, координационная сложность и сенсорные задачи тоже создают нагрузку и тоже требуют дозирования. Смысл в другом: субъективная насыщенность тренировки может расти не только вместе с тоннажем, километражем и количеством подходов. Иногда клиенту можно и нужно дать больше тренировочных задач, не повышая те параметры нагрузки, которые тренер сейчас хочет ограничить. И, пожалуй, одна из самых полезных вещей, которые можно сделать в длительном сопровождении, состоит в том, чтобы постепенно передать часть этой логики самому подопечному. Я буду одинаково расстроена результатом своей работы в обоих случаях: и если клиент через три года всё ещё будет ждать, пока я разрешу ему добавить два килограмма, и если он любое своё хорошее настроение на тренировке автоматически будет превращать в работу до отказа. Я свою задачу как учителя (тренер ведь учитель, согласны?) вижу в том, чтобы со временем мои подопечные умели: - связывать свои ощущения с контекстом последних дней; - замечать, если привычная нагрузка ощущается иначе; - понимать, почему бодрость и восстановление могут не совпадать; - различать желание поработать интенсивнее и целесообразность такой работы; - а если очень хочется сделать тренировку сложнее, знать для этого не один-единственный способ — накинуть побольше. И однажды от этого клиента я получила: продолжение 👇