— Пусть бывшая жена готовит, ты же не умеешь, — заявила свекровь. Через минуту я выстав...
— Пусть бывшая жена готовит, ты же не умеешь, — заявила свекровь. Через минуту я выставила их обеих за дверь — Лерочка, ты обувь-то сними, у нас тут свежевымыто. Мариночка мыла, — раздался с кухни медовый голос свекрови. Я выронила ключи. Связка грохнула о керамогранит. Металлический звон ударил по ушам. Я шагнула в свою же кухню. За моим столом сидела Зинаида Павловна. Напротив нее — Марина. Бывшая жена моего мужа. Обе пили чай из моих любимых кружек с ирисами. — Привет, Лер, — Марина улыбнулась. Она поправила идеальную укладку. На ней был мой фартук. Тот самый, из плотного льна, который я привезла из отпуска. — Что здесь происходит? — я оперлась о косяк. — А что такого? — свекровь пригубила чай. — Костик сказал, ты на смене до вечера. А мы с Мариночкой решили пирогов напечь. Ты же тесто ставить не умеешь. Все по пекарням бегаешь, деньги транжиришь. Я посмотрела на стол. Три противня с пирожками. Мука на столешнице. Грязная миска в раковине. Моя кухня, ремонт в которой обошелся мне в 450 тысяч рублей личных накоплений, пахла чужой женщиной. — Выметайтесь, — тихо сказала я. — Что? — свекровь захлопала глазами. — Фартук сними, — я посмотрела прямо на Марину. — И чтобы через минуту духу вашего здесь не было. — Лера, ты в своем уме? — Зинаида Павловна вскочила. Стул скрипнул по ламинату. — Девочка старалась, пришла помочь! Костик так любит с капустой! А ты вечно злая, вечно дерганая! Вот Мариночка никогда голоса не повышала! — Время пошло, — я достала телефон. — Тридцать секунд. Марина молча стянула фартук. Бросила его на стул. Схватила сумочку и юркнула в коридор. Свекровь тяжело задышала. Лицо пошло красными пятнами. — Хабалка, — выплюнула Зинаида. — Как Костя с тобой живет? Ни уюта, ни тепла. Одно хамство. Она протиснулась мимо меня. Входная дверь хлопнула. Я подошла к столу. Сгребла пирожки в мусорный пакет. Выбросила. Включила горячую воду и начала неистово тереть кружки губкой.…