— Ты со своими спутниками всё просрал, начальник, — крикнул сторож. Через минуту я отме...
— Ты со своими спутниками всё просрал, начальник, — крикнул сторож. Через минуту я отменила отпуск и вызвала спасателей — Ты чего в темноте сидишь, дед? Спутник чистый, небо синее, МЧС штормовое не объявляло, а ты тут панику развел! — молодой начальник районного управления гражданской обороны Артур Павлович брезгливо поморщился, посветив мощным фонарем в лицо сторожу. — Вода пахнет иначе, начальник, — ответил Егор Ильич, не вставая со ступни вагончика. — И лягушки с верхней протоки часа два как ушли на хребет. Все до единой. 14 лет здесь дежурю, каждую трещину в сопке знаю. — Твои лягушки и спутники ГЛОНАСС — вещи из разных эпох, — хохотнул Артур Павлович, застегивая куртку. — Сиди на посту, получай свои 28 тысяч и не лезь в отчеты. Через час у меня совещание в райцентре, доложу, что всё под контролем. Артур Павлович резко развернулся и зашагал к своему служебному внедорожнику, оставив за спиной шлейф дорогого парфюма и глухой рокот мотора. Он искренне верил, что современные цифровые модели прогнозирования погоды умнее любого старика с мозолистыми руками. Егор Ильич проводил машину тяжелым взглядом, медленно вытащил из кармана старый кнопочный телефон и набрал единственный номер, который еще мог что-то изменить. — Дочь, это я, — сказал он в трубку тихо, но твердо. — Собирай детей, уходите на верхнюю пасеку. Насчет моста забудьте, выбирайтесь по тропе через овраг. У нас максимум сорок минут. — Пап, ты серьезно? Артур же приезжал, сказал, всё чисто... — испуганно начала Катя. — Выполняй, — отрезал Егор Ильич и нажал на отбой. Три года назад Егор Ильич списал со счетов районного автопарка свой последний колесный трактор, на котором отпахал четверть века. По здоровью на серьезную технику уже не пускали — сказывались последствия давней травмы позвоночника, полученной еще в девяностые, когда спасал технику из горящего ангара. Начальство тогда отделалось грамотой, а позвоночник напомнил о себе ближе к шестидесяти. Предложили сторожить полевой стан семеноводческого комплекса. Собачья работа: вокруг на пятнадцать километров ни души, только…