— Девочка, отказ в роддоме, — прочитала я. В этой пыльной карточке я нашла тайну идеаль...
— Девочка, отказ в роддоме, — прочитала я. В этой пыльной карточке я нашла тайну идеальной невестки — Девочка, вес две восемьсот, отказ матери прямо в роддоме, — я вслух прочитала сухую машинописную строчку. Пальцы замерли на краях пожелтевшей карточки. В подвале районного ЗАГСа стояла привычная духота. Пахло старой бумагой и архивной пылью. Я опустила глаза ниже, на графу с данными биологической матери. «Соколова Маргарита Эдуардовна. Дата рождения: 12 марта 1998 года». Это была не просто случайная роженица из прошлого. Это была моя невестка. Та самая идеальная Риточка. Девочка из хорошей семьи, которая три года назад вышла за моего единственного сына. — Тамара Ильинична, вы там не уснули? — крикнула сверху наша практикантка Лена. — Сейчас поднимусь, — хрипло отозвалась я. Я работала в архиве двадцать восемь лет. Я видела миллионы чужих судеб. Люди женились, разводились, меняли имена, отказывались от детей. Для меня это были просто бумажки в картонных папках. До сегодняшнего дня. В июле две тысячи двадцать шестого года нас заставили экстренно оцифровывать старые фонды соседнего района. У них там прорвало трубы. Коробки привезли к нам в подвал на просушку. Я взяла первую попавшуюся папку за две тысячи семнадцатый год. И наткнулась на этот акт. Маргарите тогда было девятнадцать лет. Ребенок родился с пороком сердца. Она просто написала заявление и ушла из больницы, оставив девочку государству. Я дрожащими руками достала телефон. Открыла галерею. На последней фотографии мой сын Паша нежно обнимал Риту за округлившийся живот. Через пять месяцев у них должен был родиться мальчик. — Идеальная мать, — прошептала я одними губами. Я аккуратно вытащила бланк из дела. Положила его в свой рабочий блокнот. Это было должностное преступление. Но мне было плевать. В воскресенье они приехали ко мне на обед. Рита выглядела безупречно. Светлое платье, аккуратная укладка, мягкая улыбка. Она гладила свой живот и показательно вздыхала. — Тома, вы пересолили рыбу, — капризно протянула невестка, отодвигая тарелку. — Извини, Рита, — сухо ответила я. — Наверное,…