— Приятного аппетита, Зинаида, — усмехнулась любовница мужа. Через минуту я забрала вещ...
— Приятного аппетита, Зинаида, — усмехнулась любовница мужа. Через минуту я забрала вещи и уехала из санатория Алюминиевая вилка выскользнула из пальцев. Ударилась о край фаянсовой тарелки с гуляшом. Оставила жирный след на белой скатерти. — Приятного аппетита, Зинаида, — женский голос звучал хрипло. С ленцой. Я подняла глаза. За столом номер четырнадцать сидела она. Густые волосы выкрашены в радикальный блонд. На шее тяжелая золотая цепь. Лицо покрыто сеткой глубоких морщин, но этот прищур я бы узнала даже в темноте. Тамара. Томка. Разлучница из девяносто шестого. Тридцать лет прошло. Я приехала в санаторий «Сосновый бор» лечить суставы. Выбила путевку через собес. А судьба посадила меня за один стол с женщиной, которая едва не разрушила мою жизнь. Я смотрела на её морщинистые руки. На яркий маникюр. Дыхание перехватило. Воздух в столовой вдруг стал пахнуть не вареной капустой, а старым страхом. — Что ты здесь делаешь? — голос дрогнул. — Отдыхаю, — Тамара невозмутимо отрезала кусок жилистого мяса. — Суставы крутит. Старость, Зинуля, никого не щадит. Садись. Не стой столбом. Люди смотрят. Я оглянулась. Пенсионеры за соседними столами вяло жевали макароны. Никому не было дела до моей личной катастрофы. Я тяжело опустилась на стул. Колено привычно стрельнуло болью. — Специально путевку подгадала? — спросила я. Пальцы сжали край стола до побеления костяшек. Тамара усмехнулась. Красная помада забилась в морщинки вокруг губ. — Больно надо. Совпадение. Хотя я рада. Давно хотела посмотреть, как ты выглядишь. Она окинула меня цепким взглядом. Оценила мой выцветший спортивный костюм. Седые волосы, собранные в жидкий пучок. Стоптанные кроссовки. — Хорошо выглядишь, — солгала Тамара. — Как Мишенька? Всё так же кашляет по утрам? Меня окатило ледяной водой. Миша. Мой Михаил. Последние два года он почти не вставал после микроинсульта. Я мыла его в ванной на специальной табуретке. Покупала таблетки за 4 800 рублей. Терпела его старческие капризы. — Не твое дело, — отрезала я. — Мое, Зина. Еще какое мое, — Тамарочка отложила вилку. —…