ё на прежнее место. Дважды заходила на кухню, хотя ещё накануне всё было обговорено до ...
ё на прежнее место. Дважды заходила на кухню, хотя ещё накануне всё было обговорено до мелочей, и в конце концов кухарка не выдержала: — Надежда Матвеевна, коли вы ещё раз крышку поднимете, мясо от одного вашего взгляда быстрее не приготовится. Наденька одёрнула руку. — Я только хотела проверить. — Всё будет готово. — А соус? — Будет. — А пирог? — В печи. — А… — Идите уж, барышня. Гостей лучше встречайте. Наденька вышла, но вместо гостиной отправилась к парадному окну. Дорога была пуста. Через несколько минут в гостиную вошёл Тихон Константинович и застал её за занавеской. — Не едут? — спросил он. Она быстро отступила от окна. — Я вовсе не смотрела. — Разумеется. Вы просто проверяли состояние дороги. — Именно. Он улыбнулся. Надежда сегодня выглядела особенно хорошо. Платье было новым, но, по настоянию Тихона, без лишней пышности. Волосы уложены аккуратно, на шее ничего, кроме тонкой цепочки. Только сама девушка выдавала волнение: то поправляла манжету, то разглаживала и без того ровную складку на юбке, то спрашивала, который час. — Наденька, — наконец сказал Тихон, — если будете так переживать, к приезду гостей совершенно измучаетесь. — Я просто хочу, чтобы всё прошло хорошо. — И пройдёт. — А если нет? — Тогда Щукины переживут один неудачный обед. — Батюшка! Тихон рассмеялся. — Вот именно поэтому я советую вам успокоиться. Но успокоиться она не могла. Особенно, когда вдалеке послышался стук колёс. Надежда первой увидела карету и тут же отступила от окна. — Едут. Она произнесла это тихо. Тихон посмотрел на неё. — Тогда пойдёмте встречать. Она сделала шаг и вдруг остановилась. — Я хорошо выгляжу? — Вы уже спрашивали. — И всё-таки. — Хорошо. — Не слишком просто? — Нет. — Волосы не растрепались? — Надежда Матвеевна. — Всё, иду. Карета остановилась перед крыльцом. Слуга уже открыл дверцу, и первым вышел Сергей Григорьевич. За ним — Марья Ивановна. Алексей Сергеевич появился последним. И именно в этот момент Наденька почувствовала, как всё её утреннее беспокойство вдруг куда-то отступило. Она увидела его — и стало ясно: день начался по-настоящему. Он тоже сразу заметил её. В доме Щукиных Надежда была робкой гостьей, попавшей в незнакомую обстановку. Здесь, в Медовой, она стояла рядом с Тихоном Константиновичем на собственном крыльце, встречала их и должна была вести себя, как молодая хозяйка дома. Алексей Сергеевич поклонился. — Надежда Матвеевна. — Алексей Сергеевич. На этот раз их приветствие вышло спокойно и естественно. Только в коротком взгляде, которым они обменялись, было уже нечто совсем иное, чем при первой встрече. Марья Ивановна заметила это, но благоразумно обратилась к Тихону: — Какая у вас красота! Сергей Григорьевич всю дорогу обещал мне пасеку, а я уже вижу, что одной пасекой здесь не обойдёмся. — Надежда Матвеевна распоряжается сегодняшним днём, — ответил Тихон. — Так что все вопросы к ней. Наденька на мгновение растерялась, но быстро собралась. — Тогда прошу вас сначала немного отдохнуть с дороги. Она проводила Марью Ивановну в дом, проследила, чтобы гостям помогли снять дорожные накидки, и через несколько минут уже чувствовала себя значительно увереннее. Только присутствие Алексея Сергеевича волновало всё время. Даже если она не смотрела на него, знала, где он стоит. Сначала решили ехать на пасеку. Сергей Григорьевич напомнил, что именно ради неё давно собирался в Медовую, а Тихон поддержал: — Сейчас самое время. Через несколько недель сезон закончится, и смотреть будет уже не так интересно. Отправились все вместе. Никита Иванович уже ждал. При виде гостей он поклонился, а Надежде Матвеевне сказал привычно: — Всё готово, барышня. Сергей Григорьевич услышал и посмотрел на неё. — Значит, вы и здесь распоряжаетесь? — Я учусь. — Давно? — С семи лет. — С семи? Марья Ивановна удивлённо посмотрела на Тихона. — Вы серьёзно? — Совершенно. — И она не боялась пчёл? Надежда засмеялась. — Боялась сначала. Но не долго. Алексей Сергеевич посмотрел на неё с неподдельным интересом. — Совсем? — Почти. — А если ужалит? Она пожала пл