Милка
Милка В тот год зима пришла рано и легла на таёжный посёлок тяжёлой, мёртвой плитой. Ещё в октябре ударили морозы, да такие, что птицы падали на лету, а столбик термометра на почте, прикрученный к косяку старой покосившейся двери, будто примёрз к одной отметине — минус сорок пять. Посёлок этот стоял на отшибе, затерянный среди чёрных елей и бесконечных снежных полей, и жил одной лишь геологоразведочной базой, её гаражом, мастерскими да надеждой, что когда-нибудь под ногами найдут нечто путное и всех переведут на материк, к теплу и цивилизации. Людмила работала медсестрой в поселковой амбулатории — деревянном бараке, крытом рубероидом, где из лекарств толком были лишь йод, зелёнка да анальгин, зато фельдшер Зинаида Петровна обладала таким опытом и хваткой, что люди выживали вопреки всему. Людмила приехала сюда пять лет назад по распределению, молоденькой девчонкой, и осталась. Не из-за зарплаты, конечно, — какие там деньги, слёзы одни — а из-за Игоря. Игорь был механиком-водителем того самого вездехода, что доставлял оборудование на дальние точки, вывозил заболевших и вообще считался сердцем посёлка. Если трактор заглох — зовут Игоря. Если печку перекосило — он же. Игорь, Игорёша, сделай, почини, помоги. Он и делал, и чинил, и помогал, улыбаясь своими вечно смеющимися глазами на обветренном лице, потирая обмороженные когда-то руки...