УПК — единственный закон, определяющий порядок уголовного судопроизводства в России
УПК — единственный закон, определяющий порядок уголовного судопроизводства в России Недавно увидел дискуссию юристов на такую тему: «Дескать, Правительством установлен запрет на проведение некоторых экспертиз негосударственными учреждениями. Следствие больше не сможет назначить экспертизу куда оно хочет. И теперь якобы все встанет на свои места. Признаем все заключения недопустимыми доказательствами. Ура». Какая-то судебная практика даже есть, где суды спорят на тему, имеет ли решение Правительства обратную силу или нет. Поразительно. Меня всегда учили, что исключительно УПК регулирует уголовный процесс. Нужны изменения — принимается ФЗ. Открыл статью 1 Кодекса — ничего не изменилось. Открыл статьи Кодекса про судебную экспертизу. Все по-прежнему: эксперт — лицо, обладающее специальными познаниями. Ничего нет про регулирование того, кому и что можно назначать. Решение Правительства ничего не вправе запретить следственному органу и суду. Поэтому такой акт не имеет никакой силы. Понятно, что есть экспертизы, которые могут проводить только государственные организации, но в силу того, что требуется лицензия. И такая лицензия может быть выдана только казённой организации. Поэтому, например, судмедэкспертизу или психиатрическую никто, кроме госбюро, провести не может в принципе. Но для бухгалтерской, финансовой, налоговой, всякого рода лингвистических экспертиз таких лицензий не требуется. Нужны познания, квалификация. Поэтому неясно, для кого Правительство установило запрет. Судам и следствию такой запрет может установить только федеральный закон о внесении изменений в Кодекс. Для лиц-частников, которые обладают специальными познаниями, такой запрет тоже не имеет никакого значения. А самое главное, не пойму, в чем здесь проблема. Всегда надо смотреть на то, что за исследование провёл эксперт, насколько обоснованны с научной точки зрения его выводы по поставленным вопросам. Какова его квалификация. Вот что важно. Содержание важнее формы. У нас же вместо правового мышления — какое-то административно-казенное.