— Какая невестка, мы разводимся! — кричал муж. А я получала в наследство квартиру ненав...
— Какая невестка, мы разводимся! — кричал муж. А я получала в наследство квартиру ненавидевшей меня свекрови — Всё имущество, включая квартиру на Фрунзенской набережной… — нотариус поправил съехавшие на нос очки. — …я завещаю моей невестке, Савельевой Марине Викторовне. В кабинете повисла звенящая тишина. С улицы доносился шум июльского ливня. Я перестала дышать. Мой бывший муж Игорь медленно повернул ко мне голову. Его лицо покрылось красными пятнами. — Вы ошиблись! — рявкнул он, ударив кулаком по дубовому столу. — Читайте нормально! Какая невестка?! Мы разводимся! — Я читаю то, что написано, молодой человек, — сухо ответил нотариус. — Мама не могла так поступить! — Игорь вскочил со стула. — Она эту суку на дух не переносила! Они шесть лет вообще не разговаривали! Это была правда. Зинаида Марковна ненавидела меня с первого дня нашего знакомства. Я всегда была для неё «провинциальной оборванкой». Мы не общались долгих шесть лет. Ни звонка на день рождения, ни открытки на Новый год. А в январе этого года её не стало. Прошло ровно полгода. И теперь мы сидели здесь. — Завещание составлено в декабре прошлого года, — бесстрастно продолжил нотариус. — Оно заверено. Никаких сомнений в дееспособности завещательницы нет. — Да она из ума выжила! — заорал Игорь, размахивая руками. — Она после инсульта еле ходила! Маринке эта квартира не достанется! Я пойду в суд! — Ваше право, — кивнул нотариус. Я сидела в кресле и смотрела на свои дрожащие руки. Семьдесят восемь квадратных метров. В центре города. Сталинский дом с высокими потолками. Мне? За что? — Пошли вон отсюда! — Игорь схватил меня за локоть и грубо дернул к двери. Я вырвала руку. — Не смей меня трогать, — тихо, но твердо сказала я. — Ты что, реально поверила в эту сказку?! — его глаза сузились от бешенства. — Завтра же идешь и пишешь отказ! Это моя квартира! Моя мать! — Разберусь без сопливых, — я накинула плащ и вышла под…