— Ты как, Лен? — спросила Марина, пробивая молоко. — Выглядишь уставшей.
— Ты как, Лен? — спросила Марина, пробивая молоко. — Выглядишь уставшей. — Всё нормально, — Лена машинально улыбнулась, но улыбка получилась кривой. — Просто много работы. Марина кивнула, будто поняла, что Лена не хочет говорить, и всё равно сказала: — Знаешь, иногда кажется, что ты всё делаешь правильно, а мир просто берёт и переставляет предметы. И ты стоишь и думаешь: я схожу с ума или это правда? Лена замерла. В этом было что-то пугающе точное. — Спасибо, — тихо сказала она. — За молоко. И за… это. Марина улыбнулась уже по-настоящему. — Не грусти. И если вдруг захочешь просто поболтать про погоду или про что-нибудь — заходи. Я умею слушать. Лена кивнула и вышла на улицу, прижимая к себе пакет, и впервые за несколько дней почувствовала, что она не одна в этой тишине, которая стала слишком громкой. ...Дома Лена достала из шкафа маленькую камеру, которую заказала пару дней назад, когда ещё думала, что проблема в маме Саши. Камера была неприметной, почти игрушечной, но в приложении на телефоне картинка получалась чёткой: угол прихожей, входная дверь, вешалка. Она спрятала камеру за рамкой старой фотографии — той, где они с Сашей ещё были «мы», а не «он и я». Подстроила угол, проверила, как выглядит коридор в прямом эфире. Потом вышла и снова вошла, наблюдая, как её собственная фигура появляется на экране — маленькая, напряжённая, будто она уже знала, что увидит что-то неправильное. Потом уехала на работу и попыталась забыть... Но забыть не получилось. Неделя превратилась в череду одинаковых дней: встречи, письма, правки, звонки, которые начинались с «а можно ещё вот это» и заканчивались «ну ладно, тогда как получится». К пятнице камера в облачном хранилище казалась чем-то из другого мира — далёкого и нереального. В субботу утром Лена потянулась за кремом для рук — тем самым, с розовой этикеткой, который стоял на одной и той же полке три года. Она была постоянной в вопросах косметики и если продукт нравился, он оставался с ней надолго. Пусто. На полке было пусто... Палец замер над полкой, будто надеялся, что крем просто спрятался. «Его нет, — подумала Лена. — И это не случайность». Она взяла телефон, открыла приложение камеры, выбрала запись за понедельник. Ускоренная перемотка. 14:47 — движение.