...Через сорок минут Лера сидела в такси, прижимая Тёму. Близнецы сидели рядом — в ярки...
...Через сорок минут Лера сидела в такси, прижимая Тёму. Близнецы сидели рядом — в ярких комбинезонах, выкопанных из-под свекровиных вещей, — и смотрели в окно, по которому бежали капли. В багажнике лежала сумка с самым необходимым. Со всем, что она смогла унести. У матери Лера разревелась прямо на пороге. — Мам, я больше не могу так жить. Я просто не могу. Не могуууууу.... Мать обняла её, увела на кухню, посадила за стол. Налила чай. Гладила по волосам — и в этом касании было больше права и любви, чем во всём, что Лера пережила за три месяца. — Ничего, ничего. Всё будет хорошо. Поживёте у меня. Телефон завибрировал в одиннадцать вечера и не замолкал до трёх ночи. — Что ты творишь? — орал Игорь в трубку. — Мать в истерике! Она же хотела как лучше! Она нам помогала! — Я хочу просто жить! — Лера шипела, чтобы не разбудить детей, шипела, как лопнувший шланг. — Она выбросила смесь! У Тёмы аллергия! На то, что твоя мать посчитала подходящей едой для моего сына! — Да какая аллергия! Ты вечно всё преувеличиваешь! Мама лучше знает! Она старше! — Пусть тогда она живёт с тобой! — Ты неблагодарная истеричка, — зашипел Игорь. — Без моей матери ты бы вообще не справилась. Вернись домой, я сказал, не позорься. — Не вернусь, пока она там. Молчание. Долгое, с треском, с ватой. — Смотри, не пожалей потом, — буркнул он и сбросил звонок. Утром Лера поехала в загс и подала заявление на развод. Сидела в очереди между женщинами с одинаково усталыми лицами и впервые за три месяца дышала ровно. Через три дня она вернулась за вещами. Одна, без детей — мать осталась с ними. Ирина Сергеевна встретила её в прихожей. — Как ты можешь так с нами поступать? Разлучить детей с отцом! Бабушку с внуками! Это жестоко! Бесчеловечно! Я столько сил вам отдала, столько вложила души! Всем бы так помогали, как я вам! Лера остановилась и посмотрела на неё — на женщину, которая ломала ей жизнь под соусом «хочу помочь». Которая выкинула смесь. Переставила мебель. Переодела детей в серое. Довела её до той точки, из которой прежними не возвращаются.