...Два месяца прошли ровно, без происшествий. Лидия Сергеевна звонила реже, отвечала ко...
...Два месяца прошли ровно, без происшествий. Лидия Сергеевна звонила реже, отвечала коротко: «Всё нормально», «Не переживайте», «Я сама разберусь». Марина решила, что всё закончилось само. А потом в воскресенье вечером раздался звонок в дверь. Настойчивый, нетерпеливый. На пороге стояла Лидия Сергеевна. В тёмно-синем пальто с сумочкой в тон. От неё пахло духами и чем-то еще, наверное радостью и надеждой. Щёки раскраснелись, взгляд был растерянный и торжествующий одновременно. — Дети! — она прошла в коридор, не дожидаясь приглашения. — Он сделал мне предложение! Смотрите! Протянула руку. На безымянном пальце блестело кольцо — тонкое, с крошечным камнем. Дешёвое. Лидия Сергеевна то подносила его к глазам, то опускала, будто проверяла, не исчезнет ли оно. — Мы женимся! В следующем месяце! Он такой… такой… — она растёрла щёки ладонями, как делают, когда хотят проснуться и не могут. — Я думала, это всё в прошлом. Оказалось — нет. Оказалось, я ещё могу… Могу любить, как молодая! Боже, какая я счастливая! Артём обнял её. И Марина заметила, как на секунду его плечи опустились. Может, всё не так уж плохо. Может, Кирилл правда любит ее, а они зря накручивали себя. — Поздравляем, мам, — сказал он, отстраняясь. — Ты заслуживаешь счастья как никто другой. — А я уже и квартиру на него переписала! — сообщила свекровь тем же тоном, каким можно было сказать: «купила хлеб». — Теперь мы настоящая семья! Стало слышно, как гудит холодильник. Звук обычно сливался с фоном, а сейчас был единственным, что двигалось на кухне. — Что ты сказала? — голос Артёма стал тихим. — Квартиру. Переписала. — Лидия Сергеевна махнула рукой, не замечая их лиц. — Ну, чтобы он знал, что я ему доверяю. Любовь строится на доверии, разве нет? Марина медленно, по слову за словом, произнесла: — Лидия Сергеевна… вы переписали квартиру на человека, которого знаете три с половиной месяца? До свадьбы? — И что? Я вас умоляю, это же просто формальность, — она выпрямилась и посмотрела поверх их голов. — Я ему верю. Он хороший, честный. Вы просто не хотите видеть хорошее. — Да мы хотим видеть хорошее, — Марина старалась держаться ровно. — Но квартиру-то зачем переписывать? Зачем торопиться? — Вы не понимаете. Это доказательство моей любви. Что вы знаете о настоящих чувствах? Артём наконец разжал зубы: — Мам… — Нет! Не сметь мне перечить и говорить гадости про моего будущего мужа! — она топнула ногой, каблук глухо стукнул по полу. — Я не хочу ничего слушать! Вы просто завидуете! У меня счастье, а у вас — только счета и ремонты! Совсем погрязли в своих цифрах! Она развернулась, задела плечом косяк и выскочила в подъезд. Дверь хлопнула так, что в серванте звякнули чашки. ...Свадьба была скромной. Районный ЗАГС, платье с чужого плеча, букет из пяти роз, который Кирилл видимо купил по дороге. Но Лидия Сергеевна держалась так, будто её везли не в районный ЗАГС, а на Красную площадь — под оркестр. Кирилл нигде не дал промашки: подавал руку, отодвигал стул, вовремя говорил «спасибо» и «пожалуйста» — ровно столько, сколько нужно, чтобы все решили: вот он, идеальный муж.