Машину нам купите, мы заслужили 📖 Первый звонок Марина пропустила. Второй — тоже. На т...
Машину нам купите, мы заслужили 📖 Первый звонок Марина пропустила. Второй — тоже. На третий, вечером, палец завис над экраном: Оксана просто так не звонила лет пять, вся переписка сводилась к голосовым по полминуты и смайликам. — Маринка! Привееет! — голос кузины был на редкость радостный. — Мы с Русланом в субботу едем в город, к моему стоматологу, а потом к тебе заскочим, а? Ну вот прям надо, поговорить охота! Марина посмотрела на кастрюлю с борщом, на таймер, на мужа. — Приходите, конечно, — сказала она. — Часов в семь нормально? — Отлично! В семь прямо то, что надо. Телефон лег на стол, а она ещё секунды две смотрела на потемневший экран. Соскучиться Оксана не могла: они виделись на похоронах бабы Вали, до этого — на юбилее дяди Славы, и оба раза кузина уезжала раньше всех. Значит, звонок был не про любовь. Значит, будет разговор... Суббота прошла в предпраздничной суете, хотя Марина убеждала себя, что никакого праздника нет. Купила хорошую рыбу, лимоны, сыр, который они не покупали в будни: «Мариш, он исчезает за вечер, ты в курсе?» Протёрла зеркало в прихожей, хотя зеркало и так было чистым. Заметила за собой это и фыркнула: сорок лет, а всё трет... ...К семи позвонили в дверь. Оксана вошла так, как входила всегда: сразу вся, как с выставки — духи, кольца, смех, объятия. От её духов в глазах Марины на секунду засвербело. Руслан шёл за ней, вежливый, неповоротливый, с бутылкой вина в пакете. Бутылку он подал Диме обеими руками, торжественно, как награду. — Боже, какой у вас вид! — Оксана сбросила пальто и пошла по комнатам, задирая голову к люстре. — Ну вы даёте. Это же какой ремонт... Дизайнеров звали? — Сами, с рабочими, — пожал плечами Дима. — Сами?! Руслан, ты слышишь? Они сами! Руслан слышал. Руслан прошёл к окну, посмотрел во двор, кивнул с видом человека, который оценивает не вид из окна, а цену квартиры. За столом было хорошо и вкусно. Рыба удалась, вино правильное, разговор скользил легко: работа, отпуск, кто куда ездил. Марина почти расслабилась. Почти расслабилась... Оксана дважды возвращалась к теме квартиры. К метражу. К тому, что «в этом районе всё только дорожает, вы в яблочко попали». Уходили в десятом часу. В прихожей, пока Дима подавал Руслану одежду, Оксана вдруг повернулась: — Марин. А слушай... Купите нам машину, а? Вам же не сложно. А что? Руслану на работу ездить не на чем, да и я на такси всё зарплату спущу. Секунд десять стояла тишина. Марина чувствовала, как что-то холодное идёт от живота вниз, как перед подножкой в темноте. Потом Оксана расхохоталась — резко, отрывисто, словно выдохнула заготовленное. — Да шучу я! Ты чего такая , как столб застыла? Иди обниматься, ду.ра. Она обняла Марину, и Марина физически ощутила чужой парфюм, чужие кольца на чужой спине — всё как-то через вату. В лифте они смеялись. Потом дверь закрылась... Марина стояла в коридоре с двумя пустыми бокалами и думала о том, что смех был не фальшивым — точным. Как у человека, который только что подёргал замок и убедился: открывается. — Чего стоишь? — позвал Дима из кухни. — Да так, — сказала она. — Думаю. Бокалы она вымыла дважды... Две недели прошли незаметно. Осень стояла мягкая, светлая; Марина сходила с Инной на выставку, закрыла квартал на работе и почти выкинула тот вечер из головы... В субботу она затеяла большую уборку — руки до неё всё никак не доходили. Магазин, плита, антресоли, мягкая мебель. Приятная усталость разливалась по спине.