Свела судьба с вором
Свела судьба с вором 1952 год, поезд, направление на юг. Наталья сидела у окна, прижав к себе сына. Лёшка, худой шестилетний мальчишка с прозрачными после болезни глазами, то и дело кашлял в кулачок, и она машинально поправляла на нём отцовскую, перешитую ещё в сорок первом, курточку. За окном тянулись разъезды, полустанки, мокрые от дождя берёзы. Она возвращалась из райцентра, где неделю пролежала с Лёшкой в больнице — воспаление лёгких, слава богу, обошлось. Денег осталось ровно на дорогу и на полбуханки хлеба. Про мужа она никому не говорила правды: сказала, что пропал без вести. Так было легче. Так было достойнее. Напротив, у самого прохода, сидел мужчина в военной форме. Гимнастёрка без погон, но с нашивками, кирзовые сапоги, а на левой щеке — багровый, стянутый рубец, будто кто-то провёл по коже раскалённым железом. Он курил в тамбуре, потом вернулся, сел, и Лёшка, не отрываясь, смотрел на его рубец. Мужчина перехватил взгляд, усмехнулся и подмигнул: — Что, страшный дядя? Лёшка смутился, спрятался за мать. Наталья извинилась. Мужчина махнул рукой: — Да ничего. Морду в танке опалил. Бывает. Он сказал это так просто, так буднично, что Наталья впервые за долгое время улыбнулась. А потом они разговорились. Он рассказывал про службу — как горел в танке под Курском, как вытаскивал механика-водителя, как комиссовали по ранению. Говорил негромко, без похвальбы, и Лёшка слушал, открыв рот. Наталья смотрела на его руки — большие, в ссадинах, с обломанными ногтями, — и думала: вот бы такого мужика в дом. Чтобы дров наколол, чтобы крышу починил, чтобы Лёшку научил быть мужчиной. Звали его Коля. Он сошёл с поезда вместе с ними — «надо же помочь донести вещи». Донёс. Остался на ужин. Остался на ночь — «крыша у вас худая, завтра починю». Починил. И остался навсегда. Посёлок при железнодорожной станции, где жила Наталья, был маленький, обшарпанный, с бараками, баней по субботам и магазином, где вечно не было то соли, то керосина. Наталья работала стрелочницей, потом перешла в столовую — посудомойкой, потом поварихой. Жила с Лёшкой в комнате при железнодорожном бараке: печка, железная кровать, стол, сундук, радиоточка с чёрной тарелкой. Коля вошёл в эту жизнь, как входят в дом, где тебя давно ждали. Повесил на гвоздь свою гимнастёрку, поставил в угол сапоги, достал из вещмешка бритву, кружку, ложку. Наталья смотрела на эти мужские вещи в своём доме и не могла надышаться.