Андрюша
Андрюша Классная руководительница 11-го «Б» Вера Сергеевна отодвинула занавеску ровно в тот момент, когда Андрей Корнеев замахивался кирпичом. Она стояла у окна своей квартиры на четвёртом этаже панельной девятиэтажки напротив школы и видела всё. Видела, как четверо парней топчутся у спортивной площадки, видела, как они расшатывают турники, как вырывают из земли стойку баскетбольного кольца. И видела, как Андрей — её бывший ученик, которого она помнила с пятого класса — швырнул обломок бордюрного камня в окно кабинета химии. Она не колебалась ни минуты. Утром вошла в учительскую, положила очки на стол и громко, чтобы слышали все, сказала: — Вчера вечером Корнеев Андрей с компанией разгромили спортивную площадку и разбили окно в кабинете химии. Я видела лично. Директор школы Пётр Семёнович Григорьев, грузный мужчина с одышкой и вечно влажным лбом, оторвался от бумаг. Он знал Веру Сергеевну двадцать лет. Если эта женщина сказала «я видела лично» — значит, так оно и было. — Андрей Корнеев? — переспросил он. — Его мать у нас химию преподаёт. — Я в курсе, — сухо ответила Вера Сергеевна и села за свой стол. Лидия Ивановна Корнеева вела химию в этой школе пятнадцать лет. Сорокатрёхлетняя женщина с узкими запястьями, всегда собранными в пучок волосами и тихим голосом, который странным образом перекрывал любой шум в классе. Учитель от бога — так про неё говорили завучи. Ученики её уважали, хотя побаивались: она не кричала, не стыдила при всех, но умела посмотреть так, что хотелось провалиться под парту. В то утро Лидия Ивановна вела первый урок у восьмого класса, она подменяла заболевшую учительницу, когда в дверь постучали и на пороге появился Пётр Семёнович. — Лидия Ивановна, можно вас на минуту...