Часть 2. Дополнительный вклад внесла клиническая практика профилактики остеопороза в 19...
Часть 2. Дополнительный вклад внесла клиническая практика профилактики остеопороза в 1990–2000-х годах, когда широко применялись комбинации кальция и витамина D. Именно в этот период появились первые сигналы о возможном увеличении риска камней. Впоследствии они были наиболее ярко отражены в Women’s Health Initiative (Jackson et al., NEJM, 2006), где сочетание кальция и витамина D сопровождалось небольшим увеличением частоты нефролитиаза(камни в почках). Однако, последующий анализ показал, что этот эффект в большей степени обусловлен именно дополнительной кальциевой нагрузкой, а не витамином D. Ситуация принципиально изменилась с появлением крупных рандомизированных исследований, в которых витамин D изучался отдельно.В мета-анализах рандомизированных исследований (Malihi et al., American Journalof Clinical Nutrition, включающих десятки тысяч участников) было показано, что витамин D действительно может увеличивать частоту гиперкальциурии и умерено влиять на кальциевый обмен, однако это не сопровождалось увеличением риска клинического нефролитиаза. Иными словами, биохимические изменения не трансформировались в клинический исход. Это наблюдение подтверждается и в крупных РКИ, включая VITALtrial (Manson et al., NEJM, 2019) и D-Health study (Scragg et al., 2019), гдевитамин D в физиологических и даже относительно высоких дозах не увеличивал частоту камней в почках. Таким образом, в современной доказательной базе отсутствует подтверждение того, что витамин D как самостоятельный фактор инициирует камнеобразование. Почему же тогда миф сохраняется настолько устойчиво? Во-первых, клиническая практика часто сталкивается не с изолированным витамином D, а с его комбинацией с кальцием, где риск действительно может возрастать у предрасположенных пациентов. Во-вторых, лабораторные изменения — такие как гиперкальциурия — нередко интерпретируются как клиническая угроза, хотя в реальности они могут оставаться компенсированными почечными механизмами. И, наконец, исторически ранние наблюдения без рандомизации закрепили причинно-следственную связь там, где на самом деле существовала лишь ассоциация. В результате сформировалась простая, но неверная в своей обобщенности формула: «витамин D → кальций → камни». Современная физиология и клинические исследования эту цепочку существенно уточняют. Витамин D действительно влияет на кальциевый обмен, но камнеобразование определяется не уровнем витамина D, а состоянием всей системы — объёмом мочи, наличием ингибиторов кристаллизации, исходной метаболической предрасположенностью и сопутствующей терапией. Поэтому в реальной клинической практике правильнее говорить не о «риске витамина D», а о контексте пациента. У человека без гиперкальциурии, с нормальной функцией почек и адекватной гидратацией витамин D не увеличивает риск камнеобразования. В группах риска значение имеет не отмена витамина, а выявление скрытых нарушений обмена кальция и контроль сопутствующих факторов. 💕 Вера Кондакова, врач-исследователь, эксперт по остеопорозу. Можно читать меня здесь 👇 ТГ канал ❤️ https://t.me/doc_verakondakova Канал ВК ❤️https://vk.ru/dokverakondakova Мах ❤️ https://max.ru/se13489425_biz Одноклассники ❤️https://ok.ru/group/70000045388526