з носика.
з носика. И она ушла, оставив Клюева одного. Тот вылил остатки чая из термоса, вытер его, спрятал в сумку и пробормотал: — Вещизм. А у меня вот — термосизм. С ним тоже непросто. Но это не диагноз. Это образ жизни. Однако если Свищев скажет, что я болен, я с ним поспорю. Потому что термос — это удобно. А удобство — это не вещь. Это привычка. Или, как выражаются медики, зависимость. Но это, коллеги, совсем другая история. И он, как человек, у которого всё схвачено, тоже вышел из аудитории. На улице он, правда, остановился у витрины, где стоял новый термокружка, и подумал: «А не взять ли? Вдруг пригодится?» Но потом вспомнил диагноз Свищева и пошёл дальше, сжав свой старенький термос, как спасательный круг. Потому что вещи, если ими не злоупотреблять, — это не груз. Это просто друзья, которые иногда пьют чай. Или нет. Или да. Как получится.