ы сказали: «Не хотим накидок, хотим взаимности». И вот мы здесь. А вы говорите — «без ш...
ы сказали: «Не хотим накидок, хотим взаимности». И вот мы здесь. А вы говорите — «без штанов». У нас, между прочим, не штанов нет, у нас есть смысл! — Смысл — это, конечно, хорошо, — согласилась тётя Зина, — но смысл не отпечатается в паспорте. У нас в графе «особые отметки» можно написать «брак заключён в обнажённом виде», но это, скажу вам, отпугивает соседей. Они потом на семейных торжествах такие истории рассказывают, что не дай бог. Ева вдруг вспомнила, что она голодна, и предложила: — А давайте мы распишемся, а потом я вам расскажу, как мы с Адамом питались одними персиками и какой у нас был рацион. Только вы мне дайте что-нибудь прикрыться, а то на меня смотрит молодой человек из соседнего кабинета, и у него уже отвисла челюсть. Или это у него не челюсть, а подбородок? — У него отвисло всё, что могло, — буркнула тётя Зина и достала из шкафа старый плюшевый ковёр. — Вот, заворачивайтесь. Это, конечно, не свадебное платье, но зато смотрится как «свободный стиль». Вы, главное, по подписи не ударьте — ковёр в подпись не пойдёт, у него лап нет. Адам закутался в ковёр, Ева взяла паспорт, и они предстали перед тётей Зиной в полном боевом виде: он в ковре, она в паспорте, а в глазах у них — та самая безумная любовь, ради которой люди идут на всё: даже в загс без одежды. — В общем так, — объявила тётя Зина, ставя печать. — Брак зарегистрирован. Адам и Ева, вы теперь муж и жена. Поздравляю! Но помните: если решите разводиться, то приходите тоже в таком виде. У нас для разводов есть специальный кабинет с зеркалами. Там вы увидите, какими вы станете после развода — уже с халатами и тапочками. И это, поверьте, зрелище пострашнее, чем голые в загсе. — Спасибо, — хором сказали Адам и Ева, обнимаясь. — Только мы не собираемся разводиться. У нас с этим просто: мы уже прошли через грехопадение, так что любые падения нам нипочём. Они вышли из загса, всё ещё завёрнутые в ковёр и паспорт, и направились в сторону парка. Тётя Зина долго смотрела им вслед, а потом записала в журнале: «Зарегистрирована пара в нетрадиционном виде. Особые приметы: отсутствие одежды, наличие чувства юмора. Отношение к супружеству: лёгкое, без истерик. Рекомендация: наблюдать у семейного психолога, но не приглашать фотографа». И когда они уже скрылись за поворотом, тётя Зина выдохнула, сняла очки и прошептала: — Ну и парочка. Хорошо хоть, у них яблоко не в руках, а то я бы подумала, что это грехопадение повторяется. Но нет, всё чинно, всё по протоколу. А то, что голые — так это теперь модно. Называется «экологичный брак». Всё, как в раю, только с печатью.