зрительный зал (диван). Цена: один аплодисмент».
зрительный зал (диван). Цена: один аплодисмент». Всё закончилось составлением протокола о мелком хулиганстве. Пётр Ильич получил справку о нервном срыве, бесплатный абонемент в настоящий театр на десять лет и ящик коньяка от раскаявшегося Глебова. А сам Глебов… Он не унывал. На следующее утро он снова стоял перед трюмо, но уже в костюме Хлестакова. — Кто бы мог подумать, — бормотал он, глядя на своё отражение, — что в этом доме столько таланта! Но зрителя надо искать среди профессионалов. Может, взять в зал кота? Нет, кот не аплодирует. Может, написать письмо в Большой театр?.. И он принялся сочинять письмо с предложением о сотрудничестве, не подозревая, что Пётр Ильич уже подал заявление в суд о запрете Глебову приближаться к его дому ближе чем на сто метров. Впрочем, Глебов всегда был оптимистом. Он знал: настоящее искусство требует жертв. И если зритель не идёт к исполнителю, то исполнитель сам устроит театр там, где его ждут. Например, в филармонии. Благо, туда пускают по билетам. А билеты он, Глебов, умеет печатать на цветном принтере лучше всех в городе.